Братский городской объединённый музей истории освоения Ангары

Этнография

Соколовская Н.А. "Роспись крестьянского жилища в приангарье"

18.07.2017

Н.А. Соколовская,

Братский городской объединенный музей истории освоения Ангары

РОСПИСЬ КРЕСТЬЯНСКОГО ЖИЛИЩА В ПРИАНГАРЬЕ
(ПО МАТЕРИАЛАМ БГОМ)

    Мы привыкли видеть на крестьянских домах резьбу, а роспись в церквях. Тем не менее, в России примерно с 1850-х гг. существовала традиция расписывать интерьеры и экстерьеры сельских домов. Появление этой традиции у крестьян исследователи связывают с распространением белых изб, пришедших на смену курным. В домах исчезла копоть, появилось пространство для рисунков [3, с. 440]. Несмотря на непродолжительность этой традиции (она постепенно угасла после революции), а также на неблагоприятные факторы, которые способствовали уничтожению расписных домов, кое-что сохранилось. Имеется коллекция декоративной росписи и в Братском музее. На сегодняшний день она не велика, но некоторые предметы достаточно интересны.
    Первые упоминания об окраске и росписи домов в Сибири относятся к середине XIX века. В селениях, расположенных ниже Братска и особенно ниже Падунского порога, на перегородках и печах, стенах и потолках небольших крестьянских изб создавались сложные художественные композиции. Обильно расписывались и домашняя утварь и мебель: прялки и туески, сундуки и посудные шкафчики [2, с. 141]. Судить об этом можно и по итогам экспедиций БГОМ: в фондах музея хранятся предметы из Братского района (д. Дубынино, Нижняя Шаманка), Чунского района и других мест Иркутской области. К сожалению, безвозвратно утеряны произведения народных мастеров, которые не удалось вывезти из зоны затопления Братской и Усть-Илимской ГЭС.
    Какой-то своей особой школы декоративной росписи в Приангарье не было (данные об этом не найдены). Это особый край, в котором, так уж исторически сложилось, в формировании вкусов и пристрастий сибиряков принимали участие выходцы из различных губерний Европейской части России, русского севера, Урала, южнорусских и поволжских губерний. В исследовании особенностей домовой росписи и росписи предметов быта крестьян Среднего Приангарья, мы находим элементы схожие с росписью тех или иных живописных традиций. Так в результате симбиоза сложилась своя оригинальная, ни с чем несравнимая манера росписи.
    Живописное оформление интерьеров в Среднем Приангарье преимущественно было развито в зажиточных селах таких, например, как деревня Московская. Отделка жилища масляной краской была дорогой. Поэтому и утварь, и мебель, и весь дом были расписаны в только богатых хозяйствах. Зажиточные крестьяне нанимали мастера за определенную плату, кормили его, а он расписывал весь дом в течение одного-двух месяцев. А в семьях победнее мастера расписывали жилище частично: опечек, либо кровать или шкафчик. К концу XIX в. мода на роспись была очень распространена и не было села, где бы отсутствовала настенная роспись [4, с. 50] Недра Сибири дарили народу немало природных красителей, которые использовались для изготовления масляных красок. Порою по скромному внешнему облику избы бывает трудно представить ее богатое красочное убранство. Но стоит войти в мрачное снаружи жилище, как происходит удивительное превращение - мы попадаем в особый сказочный мир, где растут невиданные растения, а на ветке сидят распевающие веселые птицы. На лихом коне мчится всадник и величаво плывет царь-рыба (заборка из с. Дубынино, роспись ссыльного художника).
    Стиль росписей, цветовой строй на предметах был довольно разнообразен, хотя в композициях в основном вазоны, букеты, гирлянды. Их ритмические плавные завитки, кружки-розетки, цветы, травы, листья кроме декоративного, имеют и магическое значение. Каждый растительно-цветочный узора имел свое таинственное значение.
    Мы редко задумываемся над символикой этого узора, редко ищем в орнаменте смысл. А между тем в народном орнаменте, как в древних письменах отложилась тысячелетняя мудрость народа, попытка человека воздействовать на таинственные для него силы природы средствами искусства. Изучение содержания домовой росписи невозможно без учета принципа ярусности. По мнению исследователей, трехярусная композиция расшифровывается как деление вселенной на мир богов - небо, населенную людьми землю и подземный мир [1, с. 144]. Отсюда складываются традиции декоративной росписи.
    Выполненный на светло-голубом фоне орнамент на заборке (досчатая перегородка между кухней и горницей) - результат экспедиционных сборов в Чунском районе [8]. Четко отделен красной линией и обозначен голубым цветом нижний ярус. Средний ярус с растительногеометрическим орнаментом, где соблюдается принцип, свойственный ткани половиков: ромбовидные полосы и полосы, состоящие из цветов и листьев, отделяются друг от друга белыми и красными отводками, как «отстроченками». В построении композиции используется принцип раппортности, где одинаковые по размеру, цвету и форме цветы чередуются с симметрично расположенными листьями. Ромбовидные полосы играют существенную роль в композиции, и несут, по-видимому, определенную смысловую нагрузку. Ромб - символ плодородия: судя по его месту в различных композициях, он мог означать землю, растение и женщину одновременно. Ромбы и квадраты были символами огня и солнца. Они играли роль оберегов. И куда без цветущего сада - любимого образа счастливой жизни в крестьянском искусстве. Рисунок расположен поперек досчатой перегородки. Элементы цветочного орнамента исполнены стилизованно, но в них легко узнать цветки розы. Роза - популярный цветок в крестьянской росписи. Изображена она двух видов. В одной из чередующихся полос роза достаточно реалистична и узнаваема и напоминает изображение роз на Павлово-Посадских платках. Это садовая роза. На другой полосе, предположительно, изображена дикорастущая роза, которую называли (и называют) шиповником или шипшином, то есть усеянным колючками. Она имеет лепестки и ярко выраженный центр. Лепестки одного размера, цвет которых совпадает с цветом середины. Издревле это растение считалось целебным. И изображение этих растений в доме не только украшение, но и, возможно, пожелание здоровья. Скорее всего, живописец был из ссыльных, предположительно, из южных районов, где он мог видеть розу. Похож на украинский и орнамент - преобразованный бегунок- бесконечник (по-научному - фриз) в виде цветочной полосы, который несет в себе обережную функцию. «Бегунки» представляют собой полосу из ритмически повторяющихся листьев и цветов. За счет направления цветов и листьев в этом орнаменте создается движение, отсюда и название «бегунок». Цветы всегда были символом красоты, гармонии и благополучия и олицетворяли стремление человека к прекрасному. Повинуясь этому стремлению души, человек благоустраивал свою часть окружающего мира, украшая цветами свое жилище. У всех народов цветы считались непременной частью хорошей, устроенной жизни, в которой кроме трудов насущных есть место прекрасному [1, с. 154-155].
    Постепенно в сознании крестьянских мастеров символические и геральдические образы теряли свою смысловую нагрузку. Видимо стремясь как-то возродить их, наполнить конкретным содержанием художники обращались к собственному жизненному опыту, к впечатлениям, почерпнутым из крестьянского быта. Они любили изображать человека и различных животных, делая их героями картинок лубочного содержания со смешными надписями. К концу XIX - нач. XX вв. интерес к изображению фигур людей усилился настолько, что появляются росписи, в которых им отводится очень большая роль. Как показывает изучение такого рода росписей, заказчиков в них привлекала не столько красота и яркость живописи, сколько сама тема [1, с. 164].
    Новые персонажи являются приемниками мифологических персонажей и несут добропожелательную и охранительную функции [1, с. 138]. В этом отношении большой интерес представляет массивная расписная дверь. На достаточно ярком красно-коричневом фоне изображение человека в полный рост в профиль. Само изображение фигуры отходит от классических канонов рисования: фигура непропорциональна - слишком большая голова относительно туловища и маленькие ноги. Но лицо ярко оживляет мимика: характерный изгиб густых бровей, приоткрытый рот, торчащие усы. Это привлекает внимание и делает работу интересной и запоминающейся. Сапоги со шпорами, обилие пуговиц на сюртуке синего цвета, головной убор не похожий на крестьянский, позволяет предположить, что это, может быть, обмундирование какого-то чиновника. Чаще всего художники изображали хозяина дома. Но, возможно, это отражало какое-либо значительное событие, т.к. если смотреть на фигуру в целом, похоже, что человек читает какую-то бумагу, стоя на возвышении, обозначенном белым цветом. Так это или иначе, но изображенная именно на двери фигура охраняет дом, т.е. несет охранительную функцию. Подобные изображения каких-либо выдающихся людей встречались в Среднем Приангарье достаточно часто. Проводя замеры в одном из домов в д. Бурнино старожил Братска Шляпкин В.В. «видел портрет царя Николая II в полурост, в полной военной форме, написанный яркими масляными красками (цвета: синий, красный, зеленый). Портрет написан прямо на стене в проеме между двумя окнами, выходящими на улицу -  размером 1 х 0,7 м. Хозяйка дома рассказала, что портрет рисовал ссыльный художник. А в 1937 году брат хозяйки за этот портрет был осужден на 10 лет тюрьмы (фамилия его была Бурнин). После отсидки он жил в пос. Заярск. В 1937 г. хозяева дома забелили портрет, и только перед Спасом в 1961 году они смыли известь, а портрет протерли растительным маслом. И он блестел, как новый» [1, с. 164]. Вставки с фигурами людей размещали на самых видных плоскостях интерьера: простенок красного угла напротив входа, стенка голбца и другие «видные» места.
    Со стен роспись «переходит» на мебель. Роспись крестьянской мебели очень декоративна, немногословна, цветовая палитра ограничена, но гармонична по колориту. Связующим звеном между стенными росписями и орнаментированными предметами быта были посудные шкафчики В фондах Братского музея их два и несколько фрагментов (дверцы). Толщина стенок, примитивность столярной работы свидетельствуют о местном происхождении шкафчиков, восходящего своими формами к древнерусской мебели. При росписи шкафов мастера использовали разнообразные наборы мотивов и композиций. Дверцы филенчатые (филенки обозначены либо цветом, либо одной или несколькими бороздками), края стесаны под углом. На профилированных поверхностях цветочнорастительный орнамент в обрамлении цветов, листьев. На первый план выдвигалось, конечно, бытовое содержание. Например, шкаф-поставец -  это вместилище дорогостоящих для сельского жителя, «купленных за деньги» продуктов и посуды. Он был своего рода показателем благосостояния семьи и поэтому нуждался, как и другие особо значимые предметы крестьянского быта в специальной символике и защите. Цветы, деревца, букеты, кустики - мотивы, олицетворяющие идею жизненной силы роста, плодородия; символизируют райский сад, а, следовательно, богатство, благосостояние [1, с. 154].
    Экстерьерная роспись в коллекции представлена наличниками (венчающие карнизы) и ставнями [7]. Сказывается городское влияние - резной венчающий карниз исполнен в стиле позднего барокко. Часто в декоративном убранстве крестьянского жилища Среднего Приангарья (преимущественно в украшении наличников) можно видеть влияние поздних стилей барокко и ампира. Их появление объясняется тесными связями с Иркутском и другими городами, откуда устремлялись многочисленные маляры, а также плотники, столяры - отходники. К сожалению, цветочный рисунок на ставнях и карнизах в 1990-е гг. был неумело реставрирован гуашевыми красками. Возможно, первоначально, окна были расписаны красильщиками, знакомыми с украинским орнаментом.
    Много воды утекло с тех пор, когда жилище украшали росписью. В наше время дома отделывают современными материалами. Изредка можно встретить орнамент на доме, в самом доме все больше обои, а современные художники расписывают сувениры.
    Отголоском расписных интерьеров можно считать то, что в 1930 гг. в селах Среднего Приангарья была распространена обтяжка простенков между окнами цветным ситцем, что, видимо, имеет прямую связь с росписью, которая делалась в горницах именно на этих местах [5, с. 13]. А между тем, традиция украшения жилища имела важную смысловую нагрузку, дом украшали неспроста. Орнаменты, словно молитва, наполнены глубоким смыслом.
    Украшали не только дома, но и одежду и орнамент на одежде служил не только украшением, но и оберегом. Можно с уверенностью сказать, что и дом был как бы еще одной обережной оболочкой для человека. Несправедливо, что такая мудрая традиция ушла из нашей повседневной
жизни став достоянием музеев. Многие люди сейчас потянулись к земле, засаживают свои любимые дачи, строят дома за городом поближе к природе. Будем надеяться, что традиция может воскреснуть и домовая роспись станет естественной потребностью человека.


Литература:

1.     Барадулин В.А. Роспись Урала и Приуралья. Крестьянский расписной дом. - Л.: Художник РСФСР, 1988. - 200 с.

2.     Быт и искусство русского населения Восточной Сибири / отв. ред. И.В. Маковецкий, Г.С. Маслова. - Новосибирск: Наука, 1971, - Ч. 1. - 198 с.

3.     Крестьянство Сибири в эпоху феодализма / отв. ред. А.П. Окладников. - Новосибирск: Наука. Сиб. отд-ние, 1982. - 151 с.

4.     Русакова Л.М. Традиционное изобразительное искусство русских крестьян Сибири. - Новосибирск: Наука, 1989. - 176 с.

5.     Сабурова Л.М. Культура и быт русского населения Приангарья конец XIX-XX вв. - Л.: Наука. 1967. - 279 с.

6.     БГОМ. ВП-754/14.

7.     БГОМ. ВС-1890/16.

8.     БГОМ. ОФ-4472/4. Д-1358.

Возврат к списку